Альпинизм в России и СНГ
Home: главные новости российского и зарубежного альпинизма

Ильяс Тухватуллин: Былое и думы...

(о событиях зимней Польской экспедиции на К2)

Известный альпинист Ильяс Тухватуллин

Долго не решался сесть за компьютер - не очень-то я большой мастер писать, да и написано об этой экспедиции предостаточно. Но до сих пор продолжают звонить, интересоваться. Многим так и не ясно главное - что же послужило поводом к отступлению, почему мы покинули экспедицию?

Для непросвещенного человека наш поступок кажется, по крайней мере, невежливым. Конечно, это не так и, конечно, мы приехали на К2 не за колбасой, как пытаются изобразить ситуацию некоторые СМИ. Гия в своем интервью дал перечень тех промахов, которые оказали существенное влияние на ход экспедиции, но, на мой взгляд, это не главное. Можно работать и при скудном рационе и при нехватке карабинов. Чтобы понять суть, нужно еще раз вместе пройти по нашему пути с самого начала. Но прежде небольшое отступление.

Основные принципы , которых придерживаюсь я и, как мне кажется, большинство альпинистов бывшего Союза, заключается в следующем. Любое восхождение похоже на шахматную игру, где оппонентом является маршрут и природа. При всем натиске амбиций и честолюбия, все же главным является комбинация, мысль, красивая и честная игра. Только такая победа греет душу, окрыляет на новую игру. Сделать что-то новое - это ведь не только повод проявить в полной мере свои способности, свой энтузиазм, это не только решение очередной проблемы альпинизма. Очень важно, как эта проблема решается, какой ценой.

Как правило, Горы не прощают легкомысленного , непродуманного подхода к восхождению. Конечно, всегда существуют элементы авантюризма, неопределенности, сталкиваться с которыми приходится на самой Горе. Но есть базовые правила, переступаешь которые только в крайних случаях, например, во время спасательных работ, когда на карту поставлена жизнь человека.

Важно не только достичь вершины, важно то, как команда сделает это. Ничто не заменит сладостное ощущение гармоничного, красивого прохождения маршрута, когда каждый член команды вкладывает в Победу всю свою душу и мастерство, когда команда работает как единый организм. Победа любой ценой - концепция, которая должна уйти в прошлое.

А начиналось все так. Как-то осенью позвонил Гия и предложил принять участие в польской зимней экспедиции на К2. Поляки ему доверили комплектование группы легионеров. В конце концов выбрали четверых - вы их знаете. Далее был не близкий путь под маршрут и вот 1 января мы повесили первые перила. Старт был обнадеживающим: уже 5 января установили первый лагерь. Гора вела себя спокойно, как бы присматриваясь к команде и не делала неожиданных ходов. Мы тоже присматривались к ней, и привыкали... к сильном ветру, к холоду, к суровому ландшафту.

Команда потихоньку втягивалась в работу, впереди нас ждал длинный путь. Мы привыкали к полякам, они - к нам. Языковой барьер почти отсутствовал. Прошел месяц работы на Горе, месяц в течении которого происходили события, которые каждое по отдельности не настораживают, но когда рассматриваешь всю картину в целом - становится ясно, что что-то не так. Судите сами.

Первое, что вызвало мое недоумение еще в городе - это количество восходителей.
Двенадцать человек для такой горы - не маловато ли? Я успокаивал себя тем, что поляки имеют огромный экспедиционный опыт, и наверное, все учли. Еще не дойдя до Горы, один из восходителей простудился и выпал из графика на две недели. Тоже не страшно. Но дальше - больше: один за другим начались обморожения, не сильные, но опять число работающих сократилось. Один восходитель вышел на обработку на участке между первым и вторым лагерями без каски и получил сверху чем-то. Не смертельно, но тоже временно выбыл из игры. Что это - цепь случайностей или закономерность?

Мы в первые дни составили примерный график продвижения, и через месяц работы оказалось, что идет отставание от него на 7-8 дней. К этому моменту мы (легионеры) провесили в три раза больше перил, чем остальная часть команды. Во время грузовых ходок наши рюкзаки весили свыше 20 кг, у остальных полезного груза в рюкзаках оказывалось не более 5-6 кг. Как это понимать? И это далеко не полный перечень странностей. Налицо неоднородный состав команды. А может быть кто-то не дорабатывал, экономил силы . Мы говорили с каждым из восходителей, задавали им эти вопросы. В ответ они только пожимали плечами или говорили, что они не могут так, как мы.

Особое место во всей этой истории занимает руководитель. Это несомненно отличный спортсмен с великолепными физическими данными. В свои 52 года он умудрялся наравне с остальными работать на обработке. Но и тут не обошлось без казуса. В тот день мы поднялись в 1 лагерь и ждали возвращения Кшиштофа с напарником сверху. Они планировали установить 2 лагерь, но явно переоценили свои силы. С темнотой спустился напарник, а Кшиштофа все не было. Когда прошло достаточно времени, мы с Гией оделись и вышли, чтобы поискать его. Но вверху замигал фонарик, и мы поняли, что это он спускается. И ввалившись в палатку , он буквально через несколько минут вырубился. Казалось, что он потерял сознание. Но оказалось, что он спит. Настолько была велика усталость. К тому же, спускаясь по наклонным перилам, он сильно кошкой повредил мышцы голени и доктор прописал ему больничный на неделю.

Известно, что ключевым участком маршрута является нависающий ледник у самой вершины. Он достаточно крутой и любая оплошность при его прохождении может обернуться бедой. И от того, как его проходишь, зависит успех всей экспедиции. Планировалось обработать его до самой вершины. Но для этого не было ни веревок, ни масок в достаточном количестве. А идти на штурм в двойках с высоты 7800м грозило, как минимум, холодной ночевкой. К чему это может привести зимой не трудно догадаться. В сложившейся ситуации все шло к этому. Ставка делалась на скоростного Дена, но кто сможет пойти с ним? Разве что сам Кшиштоф. Кто будет подстраховывать их снизу, если почти весь состав поморожен? Вопросы, на которые так и не был найден ответ.

Не ощущался боевой дух, нацеленность на победу. Все, с кем мы беседовали, открыто признавались в том, что не верят в победу и одобряли наше решение уйти. Тогда зачем ломать комедию? Со всеми этими переживаниями мы подошли к руководителю. Мы сказали, что не видим выхода из сложившейся ситуации. Он нам не поверил. Фактически, к этому моменту Гора нащупала наши слабые места. А там, где слабо - там и рвется. Это для нас было очевидным. Мы поняли, что участвуем в строительстве дороги в одну сторону. Если будет так продолжаться, кто-то (слабое звено) с большой вероятностью может не вернуться. Из моего рассказа не трудно понять, кто же был слабым звеном. Осознавая это, имели ли мы право продолжать работать? Мы посчитали, что нет. И мы покинули экспедицию. Дальнейшее развитие событий показало, что в главном мы были правы.

Вы знаете, что с высоты 7750м пришлось спускать одного из восходителей, которому стало плохо, и только быстрая его эвакуация сохранила ему жизнь. Слава богу, что все так закончилось.

По прочтении всего этого у вас может сложиться мнение, что все в экспедиции было плохо. Конечно, нет. Вызывала восхищение работа киногруппы. Впервые попав в такие условия, ребята работали самозабвенно. Особо хочется отметить работу спортивного журналиста. Единственная женщина среди нас, она пользовалась заслуженным авторитетом команды. Она сопереживала вместе с нами все наши успехи и промахи, при этом ежедневно отправляла кучу материала в интернет. Это благодаря ее усилиям весь мир получал свежие новости о ходе экспедиции. Хочу поблагодарить радиста экспедиции - вот кто продумал все до мелочей. Он был готов к любому повороту событий, связь всегда была отменная.
Вот и все , что хотелось добавить ко всему уже сказанному. Я старался писать лаконично и покороче, чтобы не сильно утомлять вас.


С уважением, Ильяс Тухватуллин

2 апреля, 2003



Хроника зимней экспедиции на К2
Гия Тортладзе: Почему мы покинули зимнюю экспедицию на К2
Денис Урубко:Живые неудачники